- И в них тоже. То что завод выпускает так же дурно влияет на человека. Пройдитесь по цехам. Вытяжки почти нет, вместо них разбитые стекла, респираторы и противогазы не соответствуют стандарту и свободно пропускают ядовитые пары, спецодежда не выдерживает соприкосновения с химикатами и разваливается после третьего дня работы. А самое страшное, это свалка... Когда-нибудь вся эта горящая гадость ринется на город и все сдохнут.

- Неужели нельзя как то навести порядок, соорудить вытяжки, сделать очистку, организовать переработку отходов? Я слышал, что отходы можно даже продавать.

Череп разинул рот изображая улыбку.

- Я все это тоже хотел сделать, но... До нас нет дела никому, ни министерство, ни комитет, ни дирекция, совсем не заинтересованы в восстановлении завода. Мы гоним полусырье для крупных химкомбинатов, себестоимость которого - копейки за тонну. Однако, продаем за бешенную цену в несколько сотен рублей. Улавливаешь разницу... копейки и несколько сотен рублей. Это же бешенная прибыль. Вот это и есть камень преткновения. Зачем восстанавливать завод, зачем перерабатывать отходы, если от этого подымится себестоимость продукции и разница в прибыли будет почти равна нулю.

- Как же это им удается и кто получает эту прибыль?

- Шайка ловкачей. Вся верхушка затянута туда.

- А прокуратура, милиция, куда они смотрят?

- Никуда. Кто с деньгами, тот и власть. А эти... прислуживают власти.

- Выходит, на заводе ничего сделать нельзя?

- Почему нельзя? Можно. Для этого нужно его взорвать...

В это время двери в палату открываются и появляется худенькая девушка.

- О... Настенька пришла.

- Здрасти, - тихо говорит мне девушка.

- Здравствуйте.

- Настенька, это новый главный энергетик, вместо меня. Звать его Андрей Николаевич.

- Очень хорошо, что вы пришли, а то папа совсем закис... К нему последнее время мало кто с работы приходит.