Работа заключалась в том, что я находил болотца, где выводились комары, наносил их на план и затем отравлял воду „парижской зеленью“. Количество комаров при этом несколько уменьшалось, но уцелевших вполне хватало, чтобы заразить малярией не только меня, но и все население района. Однако я извлек из этой работы максимальную пользу, потому что освоил глазомерную съемку и разговорный таджикский язык» [44, стр. 19].

Разумеется, экспедиции в молодые годы лишь укрепили Л. Н. Гумилева в его научных интересах. Он уже не по книгам, а наяву открыл для себя красочный экзотический мир природы и культуры Азии. Не случайно сразу же после поступления в 1934 году на вновь открытый исторический факультет Ленинградского университета Лев Гумилев начинает писать свою первую научную статью «Удельно-лествичная система у тюрок в VI–VIII веках». После войны, в краткий миг свободы 1945–1949 годов, он сумеет, сдав за несколько месяцев экстерном все университетские экзамены, защитить кандидатскую диссертацию – «Подробная политическая история первого тюркского каганата». Основу ее составит та самая первая довоенная работа.

Но первую книгу своей «Степной трилогии» Л. Н. Гумилеву пришлось писать уже в неволе. На маленьких «осьмушках» бумаги, которые он ухитрялся доставать и которые ему дарили друзья, рождалась история первого из прославивших себя народов Великой степи – «Хунну». Рукопись уцелела, дожила до освобождения; в 1956 году Лев Николаевич привез ее в Ленинград, а в 1960 году «Хунну» вышла в свет отдельной книгой [42]. Чуть раньше была опубликована и упомянутая выше первая научная статья Л. Н. Гумилева по истории тюрок.

В начале 60-х годов закончил Л. Н. Гумилев и работу над второй книгой «Степной трилогии» – «Древние тюрки», хотя опубликована она была лишь шесть лет спустя [47а]. К началу 70-х «Степная трилогия» завершилась: в 1970 году к читателям пришла последняя, третья книга – «Поиски вымышленного царства: Легенда о государстве пресвитера Иоанна». Именно к этому моменту и относится само появление имени «черная легенда».