Сразу же появились «народные» вожаки, которые вели откровенную игру, направленную против КПСС, власти Москвы и всего российского. «Подогреваемая» из‑за рубежа, активизировалась деятельность чеченских общин за пределами республики. Уже в те годы различного рода эмиссары свободно разъезжали по Чечне, Ингушетии и Дагестану, призывая правоверных стать под зеленое знамя ислама и возродить идеи, проповедовавшиеся имамами в XIX веке. Официальные власти практически не мешали этой работе.

С 1990 года чеченцы искали себе вождя. Будучи воинственной нацией, они прежде всего присматривались к военным. Именно поэтому их взор остановился на единственном чеченце-генерале Джохаре Дудаеве, который командовал авиационной дивизией, дислоцировавшейся в Тарту, и характеризовался как очень амбициозный и самолюбивый человек. ЦРУ и Скотленд-Ярд давно уже присматривались к этому человеку, с ним плотно работали резиденты этих спецслужб, находившиеся в то время в Прибалтике.

Вскоре имя Дудаева стало популяризироваться на территории Чечни и стало известным в коридорах Кремля. Решение, конечно же, было принято за пределами Советского Союза. С Дудаевым вначале основательно поработали советские «демократы» западной ориентации и чеченские старейшины. Затем он в сопровождении сотрудников КГБ приехал в Москву, где встречался с некоторыми представителями власти РСФСР, в том числе с Б. Н. Ельциным. О содержании бесед Дудаева и Ельцина во время этих встреч можно только догадываться, так как никаких документов не осталось. Но ясно одно – интересам СССР и России они не служили.

Хасбулатов Руслан Имранович

Вскоре после этого Дудаев был переведен из Тарту в Грозный, где сразу же стал знаковой фигурой. С его появлением в Грозном чеченцы действовали смелее. В конце ноября 1990 года состоялся 1-й съезд Общенационального конгресса чеченского народа (ОКЧН), принявший декларацию об образовании Чеченской республики Нохчи-Чо.