В данном случае, когда я говорю, что буду говорить о политической философии, что явится предметом философии? Не политика, а мышление о политике. Другой политики нет, кроме политического мышления - твоего, моего, их, талантов, бездарностей, умных, дураков, кого угодно, но - мышления. Политики как отчлененного, систематологически выделенного предмета типа молекулярной физики или кристаллографии не существует. И это, между прочим, прекрасно понимал один из первых философствующих о политике - ну, скажем так, второй - Аристотель. То есть политику вы не вынете из кармана и не положите на стол. Политика - это пустая абстракция без уже организовавшего политическое мышление минимального сознательного подхода.

Я не любитель ссылок и сносок, как в своих книгах и статьях, так и в жизни. Ведь мы уже, слава богу, выходим из периода безумия по поводу приоритета: «это я сказал первым». Разве есть большая честь для думающего, чтобы его цитировали и ссылались - значит, он уже живет в других мышлениях. Поэтому то, что я цитирую, я цитирую как уже мною осмысленное, отрефлексированное.

Перехожу к следующему шагу своего предварительного рассуждении. Значит, говоря о политике, я буду говорить о «мышлении о политике», - которое условно будем называть политической рефлексией (термин не хуже и не лучше другого), из которой только мы и узнаём о политике. Как говорится в одной чудной американской пьесе, где даму спрашивают:

А, кстати, чем занимается твой муж?

Как чем, политикой!

А-а, значит, он один из тех же жуликов и бездельников в upstate New York.

Она говорит:

Ну, он думает, что он занимается политикой.

Значит, она произнесла это слово «политика»! И, видимо, он - этот, разумеется, обманутый муж, как все мужья в пьесах и нередко в жизни, - он произнес это слово?