Она вошла в состав римских провинций, но внутреннюю стабильность не обрела. Обострились классовые столкновения. Начался идеологический кризис, вызванный не только военными поражениями, но и недовольством народных масс местной знатью, сплоченной с религиозными деятелями, «идеологами», проникнутыми ханжеством, лицемерием и жаждой личного обогащения, привилегий, власти.

В стране, как обычно в подобных ситуациях, распространились мистические настроения. Появилось много бродячих проповедников, возвещавших вслед за пророками Талмуда скорое пришествие мессии, спасителя народа, истинного «царя Иудейского». То один то другой человек выдавал себя за мессию; многие люди шли за ними, порой на восстание, бунт, на казнь и смерть.

Жизнь была тягостной и безнадежной. Оставалось уповать на помощь свыше, на чудо. Официальная религия, соединенная с политической властью, не приносила людям утешения. Она была выгодна для определенных слоев имущих власть и деньги, которые не нуждались в чуде. А их противники объединялись в религиозные общины.

Остатки одного такого поселения, принадлежащего секте ессеев, были обнаружены примерно в середине нашего века близ Мертвого моря (район Вади-Кумран). От них остались рукописи, в которых они называли себя «новым союзом» или «новым заветом», а также «общиной нищих» и «сынами света». У них был свой «Учитель праведности», который говорил о неизбежном конце света, когда Бог будет судить души человеческие по их вере и грехам. После смерти Учителя о нем стали слагать легенды, обоготворяя его.

Число ессеев и, в частности, кумранитов быстро увеличивалось, о чем писал римский мыслитель Плиний Старший. Они отходили от иудейской идеи «высшего», богоизбранного народа (биологическое родственное единство), признавая прежде всего идейное, духовное единение вне зависимости от племенной принадлежности, а избранниками божьими считали отдельных людей за их необычайные личные качества.