Летом 1942 г. «Пигмей» оказался в руках немцев. В августе 1942 г. лодку с большим интересом осмотрели итальянские офицеры — командиры сверхмалых подводных лодок типа СВ, базировавшихся в Балаклаве. Дальнейшая судьба лодки неизвестна.

В итоге к 22 июня 1941 г. наш флот не имел ни одной сверхмалой подводной лодки — ни обычной, ни телеуправляемой. В пятитомном официальном издании «История отечественного судостроения» (СПб.: Судостроение, 1996), написанном пятнадцатью мэтрами, перечисление титулов и званий которых займет целую страницу, говорится: «Но главная причина неудач в создании сверхмалых подводных лодок заключалась в репрессиях 1937–1938 гг., которые привели к настоящему разгрому Остехбюро и гибели его главных руководителей».

Увы, уважаемые мэтры путают причину со следствием. Советское правительство выполняло все пожелания Бекаури. Страна голодала, а «Остехбюро» отпускались миллионы рублей. К примеру, у Бекаури сформировалась даже целая флотилия экспериментальных судов — эсминец «Конструктор», тральщики «Инженер» и «Микула», десятки судов и самолетов различных типов. «Флот» Бекаури был существенно сильнее болгарского флота, но чуть слабее румынского.

На Бекаури и его сподвижников буквально сыпались правительственные награды. В 1932 г. он получил орден Красной Звезды, в 1933 г. — орден Ленина, а в 1936 г. — орден Трудового Красного Знамени, то есть полный тогдашний «иконостас».

В сухопутном телеуправляемом вооружении «Остехбюро» наибольших успехов достигло в создании радиоуправляемых мин. 11 марта 1927 г. специальная комиссия подписала акт о завершении испытаний радиофугасов, которым было присвоено обозначение БЕМИ.