- Это из-за Орины окно выбито! - объявил пьяный голос.

Общеизвестный обычай посиделок - месть дивчине.

Девушки всполошились, заткнули подушками окно, зажгли запасную лампу и ужаснулись: прялки разбиты, шнуры порезаны, пряжа размотана, кудель послипалась в тесте, все запутано, нельзя найти концов, привести в порядок. Девушки, расстроенные, плакали, кляли самодуров, еще больше размазывали тесто на сорочках, на лицах. А дочки богатеев сегодня тоже не пришли, словно знали, что парни учинят расправу.

Орина попросила подруг, чтобы сложились, помогли ей вставить стекла, купить лампу. Издавна так заведено - тот, из-за кого учинен разгром, обязан покрыть все убытки. Девушки были дружные, обещали пособить Орине.

5

- Орина дивчина в теле, будет работать как вол. Из Псла воду носит, огород поливает, два ведра на коромысле, третье в руке...

Беспечному гулянью Якова подходил конец. Время пришло ему жениться. Об этом самом в вечерний час и советовалась семья. Сердце парня млело, дрожали колени, по всему телу пробегала горячая волна - тайное желание его сбывается...

Мать Ганна рассудительная женщина, заранее все выведала, обо всем узнала, всех девчат в Буймире перебрала - никто ей не по нраву.

- Сыночек мой, дорогой, хороший! - ворковала мать, поглядывая на сына. - Хоть не удался красотой, да уж дивчину любую высватает... Как цветок девка, таких на свете мало. Нераспущенная, работящая, послушная, не с богатого двора, будет смирной, покорной...

- Голая, как крыса, - неприязненно буркнула сестра Ульяна, не терпевшая Орину, должно быть, за красоту и гордость.

Не знает она разве, что у Орины в сундуке? На посиделки вместе ходят, не видно, как та одевается? Материнские юбки донашивает.

Девушки невзлюбили друг дружку, это знают все. На посиделках, в девичьем кружке, на улице они всегда грызутся. И вдруг теперь придется породниться. Оттого-то Ульяна и отговаривала мать, чтобы не сватали Орину.