Старшина приехал на таком коне, что мороз пробежал по спине Лукии... Не на чужой двор прибыл старшина, не с обычной целью - содрать подать и тому подобное. И уж отныне Иван Чумак будет без страха смотреть на то, как старшина проезжает по улице, конечно, по чью-нибудь душу... Калитка приветливо поздоровался с Чумаками, и хозяева не знали, куда посадить знатного родича, чем потчевать дорогого гостя. Легко ли людям свыкнуться с таким событием: сам старшина с ними роднится! И как к нему подступить, и как его величать?

Роман Маркович, такой приветливый, простой, осведомил сватов, что уже с батюшкой договорился. Едва выторговал, насилу уломал батюшку. Все девчата у него на счету - никто замуж не идет. И умирать не умирают люди. Нет заработков, доходов, так за Орину батюшка хотел пятьдесят карбованцев, и Роман Маркович насилу уломал святого отца...

Чумак с уважением выслушал и еще раз убедился - великое дело старшина. Что смог бы сделать Чумак? Разве послушал бы его батюшка? Знатного родича послала судьба Чумакам, и через это Иван Чумак отныне заметный человек в обществе.

Орина стояла за перегородкой в кухоньке беспомощная, беззащитная, сердце девичье ранили спесивые речи старшины.

Лукия наказывает дочери: выйди, посмотри на свекра, пусть и он на тебя поглядит. Сам, старшина становится нам родней, чего еще на свете ждать от бога? Достойные люди. Не знаешь, за что нам счастье выпало...

Орина с досадой натягивает новую юбку. Только мать, стоящая у нее над душой, могла принудить предстать пред очи ненавистного Калитки.

Девушка перешагивает порог, трижды кланяется, как положено, целует руку свекру, - кто посмеет пренебречь материнскими наставлениями, нарушить извечный обычай?

Старшина смотрит на девушку осоловелыми глазами и ласково говорит:

- Это моя сноха такая? А ты мне отработаешь двадцать пять рублей, что я дал за венчанье батюшке?

Вопрос этот задан, бесспорно, в шутку. Надо же что-нибудь сказать человеку.