Одна группа была из Силезии, другая - из Галиции. Ни одна из них не обладала достаточными возможностями, чтобы самостоятельно создать кибуц: добрая половина членов этих групп еще находилась в Гахшаре, в Польше, в ожидании эмиграции. Приехавшие объединились, но жили надеждой, что численность каждой из групп возрастет, как только остальным удастся добраться до Родины. Свое новое поселение они назвали Мицпе-Хайам. Отсюда они смотрели на море, откуда должны были появиться оставшиеся товарищи.

В этот период каждый молодой кибуц испытывал большие лишения и трудности, и Мицпе-Хайам не был исключением. Молодежь жила в палатках, столовой служил заброшенный склад для упаковки апельсинов. Единственной работой, которую они могли получить, была уборка фруктов на цитрусовых плантациях. Мужчины собирали плоды, а женщины, сидя на земле, сортировали их. Такую работу обычно выполняли арабы, и плата за нее была низкая. Мужчины получали 20 грушей в день, женщины - 17,5.

Члены кибуца ограничивали себя в еде, чтобы сберечь деньги на приобретение инструмента, скота, удобрений и всего прочего, что необходимо для обработки участка земли величиной в четыре акра. Они определили себе на еду по 3,2 груша в день. "Желудок держит нас в бедности" - шутил один из них, и даже сейчас, когда пищевой паек вырос более чем в пятьдесят раз, они с удовольствием вспоминают эту шутку.

"Масло надо мазать так, чтобы казалось, будто хлеб вспотел" - обычно говорила своим помощникам повариха Лея. Мясо стоило очень дорого; подавалось оно только раз в месяц, да и то это были обычно обрезки, остающиеся у мясника. Зато фрукты были дешевые; Лея кормила ими так щедро, что мужчины ворчали и предлагали переименовать поселение в "Кибуц Фруктовый Суп". Целое яйцо на одного человека считалось слишком большой роскошью; яйца взбалтывались или варились вкрутую, чтобы их можно было поделить пополам. Такая строгая диета стала подрывать здоровье молодых поселенцев, работающих по десять часов в день под палящим солнцем.