Зал украшен барельефами, изображающими боевую жизнь суворовских чудо-богатырей - солдат русской армии. Со стен свисают овеянные пороховым дымом, изорванные осколками ядер, пробитые пулями, боевые знамена суворовских полков.

По углам стоят захваченные в жарких сражениях прусские, турецкие, французские знамена, бунчуки, пушки, литавры, барабаны.

Я решил искать шпагу и обдумывал пути, которыми мне следовало идти в моих поисках.

На другой день после разговора с Аполлинарией Сергеевной, прийдя на работу в музей, я утром пошел к секретарю партийной организации музея полковнику Воробьеву. Большую часть своей жизни он провел в рядах Советской Армии, а последние годы работал в музее, занимаясь изучением военной истории родной страны. Аккуратный, трудолюбивый, приветливый в обращении, принципиальный в спорах, он служил примером для окружающих.

Секретарь внимательно выслушал меня и одобрил мои планы розысков шпаги.

- Берись смелее за дело, - сказал он. - Все люди тебе помогут.

Поиски шпаги я начал с ленинградских музеев.

"Где же ей быть, как не в музее? - рассуждал я. - Какой-нибудь офицер или солдат Семеновского полка мог принести в 1917 или в 1918 году и сдать ее в Русский музей или в Эрмитаж, а то и в Военно-Морской.

Ее положили на время в запасник, в кладовую, в инвентарный список не внесли. Прошло два - три года, о ней забыли, она как бы пропала.

Конечно надо искать в музеях!" - убеждал я себя.

Но в каких?

Суворовский в эти годы не работал. Его здание ремонтировалось. Значит, там нечего искать.

Но где находится его имущество? Оказалось, оно хранится в Артиллерийском историческом музее в Ленинграде и составляет самостоятельный суворовский фонд.

Не сосчитать дней, потраченных мною на просмотр инвентарных списков и самого имущества суворовского фонда, - и все напрасно. Никаких признаков шпаги.