— Мистер Арчер?
— Да. Миссис Сэмпсон?
— Нет, миссис Кромберг. Я экономка.
Улыбка скользнула по ее лицу.
— Можете отпустить такси. Когда вы освободитесь, Феликс отвезет вас в город.
Расплатившись с водителем, я достал из багажника свою сумку и, держа ее в руке, в нерешительности остановился. Моя работа могла закончиться через час, а могла и через месяц.
— Я отнесу вашу сумку в кладовую, — произнесла экономка. — Думаю, что она вам не понадобится.
Она провела меня через сверкающую хромом кухню, затем через холл — холодный и чем-то напоминающий монастырь. Мы вошли в лифт, поднявший нас на второй этаж.
— Все современные удобства, — заметил я.
— Лифт пришлось установить, когда у миссис Сэмпсон отказали ноги. Это обошлось в 7500 долларов.
Если это было сказано с тем, чтобы заставить меня замолчать, цель была достигнута. Экономка постучала в дверь, расположенную в холле напротив лифта. Никто не ответил. Постучавшись снова, она открыла дверь в просторную светлую комнату, которая слишком мало походила на женскую обитель.
Над массивной кроватью висела картина, изображавшая часы, карту и женскую шляпу, брошенную на туалетный столик. Время, пространство и секс. Это было похоже на Конолли.
Постель была смята.
— Миссис Сэмпсон! — окликнула экономка.
— Я загораю. В чем дело? — раздался ледяной женский голос.
— Приехал мистер Арчер, — вы посылали ему телеграмму.
— Попросите его войти и принесите кофе.
— Идите через балконную дверь, — подсказала мне экономка и вышла из комнаты.
Когда я вышел на балкон, миссис Сэмпсон взглянула на меня поверх книги. Она полулежала в шезлонге, спиной к утреннему солнцу, прикрываясь полотенцем. Позади нее стояло инвалидное кресло на колесиках, однако на калеку женщина не походила. Она была очень худая и загорелая, так что тело казалось бронзовым. Выгоревшие на солнце волосы прикрывали небольшую голову кудрявой плотной шапкой и были похожи на взбитый крем. Ее возраст было столь же трудно определить, как и возраст фигурки, вырезанной из красного дерева. Положив книгу на колени, она протянула мне руку.