Мои слова влетали ему в одно ухо, а вылетали из другого.

— Что вы тут делаете, мистер Арчер?

— Я доставил Фэй домой.

— Вы ее приятель?

— Точно. А вы?

— Здесь я задаю вопросы. Что вы собираетесь делать дальше?

— Я только что собирался вызвать такси и поехать домой.

— Это самое лучшее, что вы сейчас сможете сделать.

Я снял трубку и позвонил в парк. Подойдя ко мне, он ловко ощупал меня в поисках оружия. Я был рад, что оставил пистолет в машине, но у меня было брезгливое чувство, когда он меня обыскивал. У него были руки гермафродита.

Отступив назад, он показал мне свое оружие — никелированный пистолет 38-го калибра. Я взвесил шансы, смогу ли я сбить его с ног и отобрать оружие.

Его тело напряглось, а дуло пистолета, похожее на черный зрачок смерти, уставилось на меня.

— Не стоит, — предупредил он меня, — я быстро стреляю, мистер Арчер. У вас нет шансов. Теперь повернитесь кругом.

Я повернулся, и он ткнул мне дулом в спину выше почек.

— Идите в спальню.

Он провел меня через освещенную спальню и поставил лицом к двери. Я услышал его быстрые шаги по комнате и звуки выдвигаемых и задвигаемых ящиков. Пистолет снова уткнулся мне в спину.

— Что вы тут делаете?

— Я сюда не заходил. Это Фэй зажгла свет.

— Где она сейчас?

— В гостиной.

Он провел меня в комнату, где крепко спала Фэй, скрытая за спинкой дивана. Ее рот был открыт, но она уже не храпела. Одна рука свесилась на пол. Он посмотрел на нее с презрением.

— Она не могла так напиться дома.

— Мы путешествовали по кабакам.

Он испытующе взглянул на меня.

— Понятно. Ну, и чем же заинтересовал вас этот мешок навоза?

— Вы говорите так о женщине, которую я люблю.

— Я говорю так о своей жене.

Его ноздри слегка вздрогнули, показав, что его лицо способно менять выражение.