Первая педагогическая книга по теории обучения Я.А. Коменского «Великая дидактика» была написана еще в XVII в. (1633–1638), а психология как самостоятельная наука сложилась гораздо позже, на рубеже XIX–XX вв., т. е. более чем на четверть тысячелетия позже. Зародившаяся новая наука не сразу могла взяться за изучение проблем обучения, и лишь в 1-й четверти XX в. начались психологические исследования в этой области.

В пору становления педагогики и развертывания практики массового обучения еще не были известны собственно психологические закономерности усвоения знаний и формирования человеческой личности, так что педагогическая теория обучения и воспитания развивалась вне связи с данными научной психологии в силу отсутствия таковых. В то же время эмпирически сложившаяся педагогическая теория учитывала и учитывает психологию человека. Связью между педагогической и психологической науками выступают педагогическая и возрастная психология, психология профессиональной педагогической деятельности, психология управления педагогическими системами и многие психологические исследования других областей образования.

Стремление традиционной педагогики начальной школы прививать ребенку правильное поведение через наглядный показ образцов некоторых действий, чтобы усвоение их происходило путем созерцания и подражания этим образцам, прямо противоречит данной психологической закономерности воспитания через посредство собственной деятельности ребенка. Это является первым противоречием между педагогикой и психологической теорией. Другое противоречие проявляется в том, что если психология ратует за такое обучение, которое с самого первого класса формирует у ребенка теоретическое мышление и доказывает, что это не только нужно, но и вполне доступно шести-семи-летним детям, то педагогика полагает правомерным опираться только на присущее ребенку дошкольного возраста конкретно-образное мышление, считая теоретическое мышление для младшего школьника непосильным.