А теперь, по неким необъяснимым причинам, поиски переместились в ярко освещенные кофейни.

***

...Одэ стоял рядом с пристанью, в тени сарая, громко именуемого таможней. Юноша даже не запыхался. Ему почти не пришлось бежать. Выйдя из автобуса, он несколько минут походил по улицам, а потом присоединился к одной из поисковых партий. Это не составляло особого труда: Джидда была морскими и воздушными воротами Мекки, и потому город постоянно был наводнен множеством мусульман из самых разных стран. Здесь можно было встретить всю палитру оттенков - от эбеново-черных нубийцев до белокожих 6алучей, и какие угодно наряды - от набедренных повязок до джеллаб. Здесь, в Джидде, жило больше народностей, чем где-либо в мире, не считая Омдурмана.

В качестве преследователя Одэ не привлекал к себе особого внимания. Единственная предосторожность, которую юноше следовало соблюдать - это держаться подальше от одного только человека, который мог его опознать, Бедры ибн-Шефии.

Одэ тоже заглядывал в коллектор и счел, что его не устраивает такой путь бегства. Потом он вместе с остальными добровольцами спустился в порт и стал помогать обыскивать стоявшие у причала суда. А когда толпа отправилась обыскивать кофейни, Одэ незаметно ускользнул и притаился в тени таможни. Теперь он ожидал, пока саудовские гвардейцы перейдут на дальний конец пристани.

Одэ уже знал, на какой дхоу он спрячется. Он выбрал большое неопрятное кувейтское судно, готовое к отплытию. Груз - невыделанные шкуры и древесина - уже находился на борту и, судя по штемпелям, прошел таможенный досмотр. Когда Одэ вместе с другими преследователями обыскивал судно, там никого не было. Вероятно, капитан и команда сейчас пили кофе в какой-нибудь кофейне.