Сексуальная жизнь бюрократии, являясь предметом особого интереса, всегда оставалась проблемой не отделимой от политики. Возникая на горизонте устных споров или печати, она каждый раз была связана с тем или иным политическим курсом, существующими классовыми противоречиями, нравственными и культурными битвами. Сексуальные фантазии и влечения, одежда и половое поведение, значение сновидений и смысл сопутствующих сексу социальных форм и сегодня не могут остаться в стороне от политики. Однако при этом, мы можем очистить факты от домыслов, истину от морализма и, заглянув в половую сферу управляющей нами касты, понять то, что прежде можно было просто ругать, замалчивать или даже хвалить. При этом мы не останемся вне политики. Поскольку политика, управление обществом, и бюрократия не могут быть отделены даже в вопросе сексуальности.

Маркиз де Сад, известный мыслитель и литератор, живший во второй половине XVIII века, считал, что половая распущенность определяет социальную активность человека - его способность быть политически деятельным, мыслить и рассуждать свободно. Эта идея, поразив немало современников своей «пошлой» оригинальностью, нуждается в том, чтобы, заменив «распущенность» «свободой» увидеть, что только человек лишенный отживших табу и неуместных нравственных схем способен играть в современной реальности настоящую роль личности. Но если такие люди уже проявляют себя в наше время, то обратные им персонажи продолжают доминировать и управлять - остаются тем, чем были немало веков, остаются бюрократией.

«У русских чиновников усердие нисколько не исключает беспорядка. Они предпринимают великие усилия ради ничтожной цели, и служебное их рвение положительно не знает пределов. Соперничество чиновников приводит к тому, что, выдержав допрос одного из них, иностранец может очень скоро попасть в руки другого. Это тот же разбой: если путника ограбили одни бандиты, это никак не значит, что назавтра он не повстречает других, а три дня спустя - третьих, причем каждая из этих шаек сделает с ним все, что ее душе угодно»