Прямо над зелеными зонтами, находящегося чуть правее ресторана и огромным пластиковым рожком мороженного, венчавшего расположенное по левую руку кафе, нависает полукруглый массивный балкон, опирающийся на прочные, закрученные винтом колонны. Под ним - сияющие витрины антикварной лавки, два круглоголовых лавра в керамических вазах у входа. Мрачно взирают сквозь стекло африканские маски, поблескивает серебром чеканная столовая утварь, теснятся занятные шкатулочки, статуэтки, вазочки и всякие вещицы солидного возраста, но вовсе непонятного назначения. Положив бородатую морду на лапы, дремлет на ступеньке черный скочч-терьер.

- Шикарный вид! - осмотрелась с балкона Ди. - Сейчас, конечно, холодновато. Я заметила - все дамы в мехах. Хотя солидных парочек не много. Сумасшедший ветер и все время накрапывает дождь. А море такое серое, грозное - брр! Счастье, что здесь не бывает сильных приливов. Затопило бы тебя до самой крыши. Вот что значит - попасть на курорт не в сезон. Летом, думаю, ты чувствуешь себя - как на выставке.

- Как на трибуне московского Мавзолея в дни демонстраций и военных парадов. Только мне не рапортуют командующие и не бросают цветы расстроганные дети.

- Ты была там?!

- Уже в самом конце. Перед тем как рухнул Союз.

- Но этот балкон, надеюсь, выдержит? - Ди топнула ногой по керамическим плитам.

- Не беспокойся. Тут все надежно. Мою виллу называют "дом с колоннами". Хорошо хоть - не "дом на набережной". Ты ведь знаешь о московском "сталинском" общежитии, прозванном "братской могилой"?

- Слышала. Мой сын жуткий антикоммунист. Да и "актибуржуа" тоже. Этакий глобальный негилист. От собственной беспомощности, полагаю. - Ди вошла в гостиную. - Все бы здесь раскритиковал.

- Действительно, для одинокой старухи жилплощадь великовата. - Зажигая в комнатах свет, Эн объежала свои владения. Мраморные арки, колонны, камины, зеркала, застеленный коврами мозаичный паркет, множество ламп и затейшивых безделушек привлекли внимание Ди.