На сей раз Гружа бьет Тима левой рукой.

Чтобы показать, что он универсал, думает Тим.

– Совсем ненадолго, – поясняет Эскобар. – А потом иди на все четыре стороны.

– А потом живи как хочешь, – подтверждает Гружа.

Тим не понимает, о чем они, черт побери, толкуют, но «живи как хочешь» – это заманчиво.

– О чем вы, ребята? – интересуется он.

Гружа бросает на стол тонкую папку из плотной бумаги.

Раскрыв ее, Тим видит фотографию загорелого симпатяги с узким лицом и длинными темными волосами, небрежно завязанными сзади в хвостик.

– Малость смахивает на меня, – проявляет наблюдательность Тим.

– Точно, – соглашается Гружа.

Гружа явно пытается его облапошить, но Тиму плевать. Если ты неудачник из неудачников, люди просто вынуждены тебя то и дело облапошивать, таков уж порядок вещей.

– А теперь попытайся сосредоточиться, болван, – говорит ему Гружа. – Ты должен сделать вот что: прикинешься одним человеком, а потом можешь катиться куда хочешь. Весь мир считает, что «ангелы» шлепнули тебя в тюрьме. Так что, если ты получишь «новую личность», план сработает.

– Каким «одним человеком»? – спрашивает Тим.

Тиму кажется, что в глазах у Гружи вспыхивает искра – как у бывалого зэка, когда он видит в тюрьме новичка.

– Бобби Зетом, – отвечает Гружа.

– Кто это – Бобби Зет? – спрашивает Тим.

2

– Ты никогда не слышал о Бобби Зете? – У Эскобара отвисает челюсть – он не верит своим ушам.

– Да ты просто осел, раз никогда не слышал про Бобби Зета, – добавляет Гружа.

Эскобар с гордостью произносит:

– Бобби Зет – это легенда.

И они рассказывают ему легенду о Бобби Зете.

Роберт Джеймс Закариас вырос в Лагуна-Бич, и, как большинство ребят в Лагуна-Бич, он был очень крутым. У него был скейтборд, потом бугиборд, беллиборд, лонгборд – все разновидности досок для серфинга, и к тому времени, когда он стал зеленым второкурсником в колледже с весьма оригинальным названием «Лагуна-колледж», он был уже квалифицированным серфингистом и еще более квалифицированным наркоторговцем.