Внимание чародея привлек необычный браслет из темного серебра в виде дракона кусающего собственный хвост. Маленькие зубчики из искристого зеленого авантюрина изображали гребень рептилии, а в каждую чешуйку на "шкуре" было вплавлено зернышко хризопраза или кровавика. Лапы "дракона" имели гиацинтовые коготки. Фальстааф уже было решил, что это обычный оберег, учитывая свойства гиацинта и кровавика - защищать заклинателей от воздействия враждебных духов и хризопраза - средства от зависти и клеветы. Hо при дальнейшем рассмотрении браслета, маг изменил свое мнение на его счет. Глаза "ящерки", выполненные из золотистого цитрина казались подернутыми мутноватой пленкой. А этот кристалл издавна считался камнем обманщиков и обострял чувственные ощущения, как любой хрусталь.

Hе долго думая, маг примерил браслет на правую руку. Ему казалось, что украшение будет ему велико, но браслет будто бы сжался и крепко обхватил его сухощавое запястье. Фальстааф попытался снять "дракона" с руки, но вещица не поддалась, только крепче впившись в кожу яркими коготками. "Я займусь этим пустячком позже, когда на это будет время", - подумал Фальстааф, и безделушка сразу перестала стискивать руку в судорожном объятии. "Он словно не хочет со мной расставаться!" - пришло в голову магу.

_______

Чародей огляделся: комната никак не походила на склеп. Фальстааф попытался нашарить скрытую дверь или лаз, тайник, в конце концов. Вдруг он заметил, что один из гобеленов прилегает к стене не слишком плотно. Фальстааф отогнул край материи и обнаружил узкий и темный лаз. Больше всего на свете магу не хотелось забираться в этот холодный и пахнущий плесенью коридор, такой низкий, что пройти, не сгибаясь, здесь мог разве что гоблин. "Мне нужен посох!" - повторил про себя Фальстааф, как заклинание, опустился на колени у входа тоннеля и пополз на четвереньках, зажав кольцо фонаря зубами. Пол противно хлюпал при каждом движении и Фальстааф старался не смотреть себе под ноги, так как за крепость своего желудка он не ручался. Челюсти сводило, фонарь, словно налился тяжестью, и Фальстааф удерживал его из последних сил, лишь бы не уронить в воду.