Выяснилось, что лошадь зовут Курт Апре. Это имя никому ровно ни о чем не говорило.

Ошарашенная публика в молчании покидала трибуны. Все чувствовали себя обманутыми и никак не могли поверить в свое поражение. А те немногие, кому повезло, кляли себя, что пожадничали и не поставили больше, – ведь на каждую жалкую пятерку выигрыш составил семьсот тридцать четыре франка пятьдесят семь сантимов! Один Бузотер неутомимо сновал в толпе, предлагая свой товар:

– У меня есть кое-что получше, чем шампанское! Ром, водка, спирт…

Горелка стоял поодаль, задумчиво наблюдая за толпой проигравших.

– Подставка, – пробормотал он. – Как пить дать, подставка…

На трибуне князь Кресси-Мелен подошел к Зузу и небрежно сказал:

– Этот заезд обошелся мне в пятьсот луи. Пожалуй, нужно сделать передышку в игре.

«Боже мой, пятьсот луи! – подумала Зузу. – А ведь, говорят, он рад и двадцати пяти франкам, несмотря на свой титул!»

Она сжала в кулаке два небольших билетика – ее ставка на Курт Апре. Ничего не понимая в лошадях, она всегда ставила наугад, и вот сегодня судьба подарила ей целое небольшое состояние.

Сколько бы ни грешила в жизни Зузу, у нее было добрейшее сердце. Конечно, она знала, что князь не ставил пятьсот луи по той простой причине, что у него не могло быть и половины подобной суммы. Но она почти не сомневалась, что молодой человек проиграл свои последние деньги.

«Нужно помочь бедняге», – решила женщина.

Взяв князя под руку, она спросила:

– Скажи-ка, а ты по-прежнему открываешь котильоны на балах?

– Конечно, – рассеянно ответил тот. – Так сказать, положено по чину…

– Это точно, – кивнула Зузу. – Вы, аристократы, даже не можете получить настоящую профессию.