Сержант Хеллок велит им устраиваться на ночлег и ждать вызова. Вылет отложен, но не так, чтобы позволить рядовому Бейлу Рейну покинуть позицию и пойти повидаться со своей девушкой.

— Согласно уставу, никаких исключений, — говорит сержант. Затем он слегка смягчается. — Извини, Рейн. Знаю, что ты надеялся.

Бейл Рейн садится и прислоняется спиной к погрузочному поддону. Он начинает думать, что проведет остаток жизни, глядя на лицо сержанта Хеллока, и больше не увидит Нив.

Истина едва ли могла оказаться более противоположной.

— Это что — пение? — спрашивает Кранк. Он поднимается.

— Это пение, — произносит он.

Рейн тоже его слышит. В двухстах метрах, по ту сторону какого-то ограждения периметра, находится полевой лагерь, занятый подразделениями Армии, которые прибыли с XVII-м. Оборванная толпа, так они выглядят. Просто какие-то проходимцы с окраинных миров, от таких и ждешь, что они будут семенить по пятам за фанатичными Несущими Слово. Когда они выгружались, то заработали изрядно критических комментариев сержанта Хеллока, которые касались формы одежды, построения, обслуживания оборудования и парадной дисциплины.

— О, ну это просто неприлично, — говорит Хеллок, поджигая палочку лхо и наблюдая, как те высаживаются из десантных модулей. — Они похожи на долбанных бродяг. На тупых, как дерьмо, охотников с мира, расположенного в какой-то заднице.

Солдаты с другой планеты и впрямь не выглядят многообещающе. Они оборваны. В них присутствует дикость, как будто они слишком долго были лишены чего-то жизненно-необходимого. Их кожа бледная, а телосложение худощавое. Они похожи на растения, которые чахли без света в пещере. Похожи на дикарей.

— Как раз то, что нам надо, — произносит Хеллок. — Дикие вспомогательные подразделения.

Они поют, скандируют. Это не уютный или привлекательный звук. В сущности, его довольно неприятно слушать.