- Они меня, мать их, тудьпъ-растудыть! А я их, мать вашу, так-разэтак!

Наконец адмирал заметил, что придворные покраснели и опустили головы. По лицу Екатерины гуляла улыбка. Он понял что дал лишку. Перед ним была не команда матросов - а сама императрица. Адмирал сию же секунду плюхнулся на колени и стал просить прощения.

- Виноват, ваше величество!

- Ничего, - с усмешкой отвечала Екатерина. - Что за беда? Ведь я ваших морских терминов не разумею. Продолжайте, Василий Яковлевич!

Генерал закончил свой рассказ, но уже с меньшим пылом и без сквернословия.

1998 г.

СЛУЧАЙ В ГРИМЕРКЕ

Рассказывая о своей учебе и творчестве, Шаляпин в своих воспоминания "Маска и душа" вспомнил об одном старом артисте, который хоть и любил водочку, но никогда не терял своего достоинства. Ни перед кем.

"Я застал ещё на сцене одного очень старого певца, почему-то меня, мальчишку, полюбившего. Певец был хороший - отличный бас. Но, будучи землеробом, он сажал у себя в огороде редиску, огурцы и прочие овощи, служившие главным образом закуской к водке... Был он и поэт. Сам я читал только одно из его произведений, но запомнил. Оно было адресовано его другу, библиотекарю театра, которого звали Ефимом:

Фима, у меня есть редька в пальте,

Сделаем из неё декольте,

А кто водочки найти поможет,

Тот он редечки погложет...

Так вот этот самый превосходный бас, землероб и поэт перед выступлением в каком-то значительном концерте в присутствии государя не вовремя сделал "декольте" и запел не то, что ему полагалось петь. Директор, который, вероятно, рекомендовал государю участие этого певца, возмущенный влетел в уборную и раскричался на него так, как можно было кричать только на крепостного раба. А в конце речи, уснащенной многими непристойными словами, изо всей силы ударил по нотам, которые певец держал в руках. Ноты упали на пол. Певец, до сих пор безропотно молчавший, после удара по нотам не выдержал и, нагибаясь поднять их, глубоким, но спокойным бархатным басом рек: