Любой ценой он сдержит обещание. о как больно сдвинуться с места... И как приятно думать о столь сладкой награде - свобода. Стена, которую нужно была сломать, была последней. Мы с детства натыкаемся на преграды выставленные родителями. Вначале избавляемся от всеведущего ока и выходим играть в песочницу, что стоит во дворе, одни. Потом ходим в школу, читаем книги, которые нравятся нам, заводим друзей из подозрительных компаний, пробуем спиртное. А родители смотрят, и все сильнее и сильнее понимают что мы бежим по своей дороге спиной к ним, от них. Для девушек первым серьезным испытанием становиться получение разрешения уйти на ночь, для парней может более экзотическое прощение их первого появление в пьяном виде. И шагают все по разному. Кто напролом, кто обходит стороной и пытается мирно разрешить проблемы воспитания, а зачастую преувеличенной заботы. Так делал и Алексей. Он никогда не врал и предпочитал горькую правду сладкой лжи. Он был всегда уверен, что его поймут и не встанут на его пути. Ведь в кажущейся доброте скрывалась твердая решимость и иногда даже излишняя самоуверенность в своем выборе. Он был фанат собственных идей, которые рождались спонтанно и воплощали самые невероятные желания. Именно поэтому и влюбилась в него аташа, чьи мерки свободы были давно расширены за счет слабой бдительности родителей и гибкости ее характера, заключавшейся в "разбавленной истине". Да, она тоже никогда старалась не лгать, но ни разу не раскрывала полной правды. Вот и сейчас аморфное "мы едем с Лешей на машине в Иркутск" доставило полное удовлетворение давно уснувшей бдительности матери. И нигде нет прямой лжи, как и полной правды... Скупо и горько... А мать аташи верит Алексею. Она не может ему не верить - он нравится всем. Сколько правды в его глубоких глазах с большими ресницами... Все верят и он никогда не обманывает... Леша привстал на постели. Зеленое табло старых часов с лампой показывало пятый час ночи. Улицу освещали вспышки молний и беспощадно заливал дождь.