– Спасибо, – смущенно проговорил Зергал. – Ты прав, на себя тоже надо время тратить, а если кому-то это не нравится, то пусть катятся дальше.

– Ага.

Некоторые бары еще работали. Антон купил лучшего пива, что у них было по литровому стакану и они пили за самих себя и за свое будущее.

– Знаешь, Антон, смешно подумать, но ты – лучшее, что у меня было в жизни.

– Брось, Ал… могу я тебя звать Ал? – Зергал кивнул. – Ты только начинаешь жизнь. У тебя все впереди.

– Смотри, а я могу вот так, – Зергал высунул раздвоенный язык на всю длину и достал до дна большого бокала.

– Ну и что. Ты не сможешь таким языком слизать пиво со дна, он слишком плоский, зато целоваться им наверно просто супер, можно позавидовать.

– Не пробовал ни разу, – расстроился Зергал.

– Не переживай, сейчас найдем девушку, и ты попробуешь.

Антон расплатился и, качаясь, они направились в глубь городского парка, мирного, цветущего, способствующего расслаблению. Несколько девушек сидело на скамейке в тенистой части.

– О! Вот и девочки! – Антон подмигнул Зергалу. – Ал, какую выберешь?

Зергал посмотрел на группу земных девушек. На всех был нанесен раскрас, как будто они готовились к войне. Одна более кругленькая, чем другие привлекла его внимание. У нее были сочные губки и щечки. Зергалу даже захотелось ее покусать, вонзить в ее нежную плоть клыки.

– Вон та в черном платье.

– Хорошо.

– Добрый вечер, девчата. Грустите в одиночку или ждали таких классных парней, как мы?

Антон мастерски разговорил девушек и вскоре они уже весело смеялись.

– А что твой друг такой зелененький?

– У него серьезное заболевание, появилось еще в детстве, – с серьезным видом начал Антон. – Отец у него капитан дальнего плавания, мать умерла в раннем детстве. И отец постоянно брал ребенка с собой. Они плавали по морям и океанам и однажды попали в сильнейшую бурю. Волны били высотой десять метров. Как остались живы они сами не знают, но с тех пор Ал заболел хронической морской болезнью и поэтому навсегда стал зеленым. Вот такая грустная история. Никто не хочет пожалеть бедного мальчика? Поцелуй – это единственное, что возвращает его к жизни.