Саша знал, что Полина Никитична жила сейчас одна с трехлетней внучкой Анечкой. Павел Савельевич Болдырев был в командировке, в их дочь — мать Анечки — уехала с мужем в областной город на несколько дней. В доме должна находиться сейчас одна только Анечка, но свет во всех комнатах и мелькающие фигуры людей показывали, что это не так.

Что же случилось?

И вдруг Саше показалось, что он понял причину тревоги. Это было так неожиданно и так страшно, что он внезапно остановился как вкопанный, охваченный волнением.

Неужели?!.

И сама собой вырвалась фраза, которую он несколько раз слышал сегодня утром и которую несколько раз повторял мысленно:

— Найдется! Не может не найтись!

— Вот и я так думаю, — сказал Кузьминых, уже взявшийся за ручку входной двери. Внезапно он обернулся: — Позволь, однако, о чем ты говоришь?

— Об исчезновении Анечки, конечно. О чем же еще! — ответил Саша, совершенно не думая о том, какое впечатление произведут его слова, если он ошибается и причина тревоги совсем в другом.

— Ты уже заходил сюда?

— Нет, не заходил.

— Откуда же ты узнал?

Не рассказывать же сейчас, на пороге дома, об исчезновении Белки! Саша промолчал.

Старший лейтенант не повторил вопроса. Вместе с Полиной Никитичной он прошел в дом.

Саша остался один. Он не спешил входить, желая хоть как-нибудь разобраться в своих мыслях. Но ничего, кроме щемящего чувства страха, они не возбуждали в нем. Объяснения не было и, очевидно, не могло быть!

Неожиданно догадка оказалась верной, трагически верной. Два одинаковых по сути дела события произошли в двух (а может быть, и не только в двух) домах города в одно и то же время.

Но как они различны по масштабу, эти события! Исчезновение кота — любопытная загадка, не более. Исчезновение ребенка — трагедия!