Вот кстати совсем недавно мы праздновали третью годовщину. Праздновали надо сказать совершенно безумно, Лена оправила своих предков на дачу, и когда я пришел, она открыла дверь совершенно голой, а как она умудрилась прицепить туда бутон розы, я так до сих пор и не понял. Может скотчем прозрачным приклеила. Что мы делали с ней в этот день не поддается никакому описанию, потому я и не буду этого сейчас делать. В конце концов это наша личная жизнь, и своими действиями мы не наносили окружающим никакого вреда. Ведь так? Сколько мы дней провели вместе, сколько ночей напролет прогуляли по городу, сколько рассветов встретили. Только вдвоем. Я играл на гитаре, а она пела. У нее чудесный чистый голос, который заглушал мои непопадания по струнам и провалы в мелодии, что мне иногда казалось, это она вела песню от начала и до конца, а я лишь подбрынькивал ей на гитаре, стараясь попасть в ритм и тональность. Маме тоже нравилась Лена. Она называла ее серьезной девочкой, хоть по моему давно догадалась, что Лена уже перестала быть девочкой, не без моего в этом непосредственного участия. Мама это единственный в жизни человек, который понимал меня, ведь даже с Ленкой мы иногда ссорились, обижались друг на друга, а на маму я наверное никогда не смог бы повысить голоса. Я навсегда запомню, как в детстве, мне было лет шесть не больше, я залез на крышу нашего тогдашнего дома на Малой Красносельской улице, и никак не мог оттуда слезть, а мама...

Господи, зачем я все это вам рассказываю! Что изменится? Вам ведь наплевать на меня, вам абсолютно на меня наплевать. Вы дочитаете эти строки и хмыкнув пойдете по жизни дальше, кто уткнется в телевизор, кто выйдет на улицу и пойдет в гастроном за вечным пакетом кефира-молока-хлеба и 200 грамм вареной, кто-то начнет читать что-то другое, а кого-то просто сморит сон, и он будет мирно путешествовать по царству Морфея минут так 500-600.