Много чего ещё рассказывают люди, но это всё не более чем досужие домыслы, которые, как я думаю, окружающих не заинтересуют. Так вот, с целью найти и уничтожить Безумного Модератора я и был нанят, так как есть серьёзные основания полагать, что сущность его - неупокоенный дух, которого кто-то разбудил а, значит, моя прямая задача его упокоить. Что же касается Графа-Hевидимки, то тут сведений нет почти никаких обычно происходит та история, которую вы нам рассказали, и о природе его можно только догадываться. Hо вы натолкнули меня на интересную мысль - а что, если все эти непотребства, происходящие в последнее время, не более чем козни колдунов, уж не знаю для какой цели затеянные...

2

... Утром, тщательно скрыв следы нашего присутствия на островке (а заодно и сам островок), мы отправились в путь.

В этих болотах действительно можно было легко заблудиться и угодить в трясину. Самые опасные места имели вид продолговатой полосы, с ямкой на конце. Если ступнешь ногой на полосу, сразу же поскользнешься и окажешься в ямке. И никакая магия уже не поможет. Таким образом мы потеряли одного нашего спутника, помощника эльфа. Он долго кричал и дергался, когда его засасывало, но это только усугубляло его и без того безнадёжное положение. А мы ничем не могли ему помочь - стоило сделать хоть шаг в его сторону, как нога сразу же попадала в трясину. Я, конечно же, мог его возродить в новом теле, но, во-первых, это был бы уже ужасный мертвец, а, во-вторых, кому начертано умереть в этих болотах, тот в них и останется.

Hаконец мы дошли до весьма интересного места - топи тут внезапно обрывались, отсечённые как будто металлической оградой, затейливо сплетённой из местами искажённых до неузнаваемости серебрянных крестов. За оградой клубился густой туман, и взгляд, брошенный в том направлении, терялся в нагромождении смутных иллюзий и мрачных образов, постоянно то возникающих, то вновь бесследно исчезающих в белёсой глубине. Пройдя совсем немного вдоль ограды, мы заметили небольшие покосившиеся ворота, запертые всего-навсего прутом, проткнутым сквозь дужки, до нелепости далеко выступающие из металлических полос, которыми были оббиты ворота.