— Можем ли мы предложить вам чашку чая с пирожными, леди Ринейбл? — осведомилась миссис Томпсон.

— Увы, у меня нет ни одной свободной минуты, — с достоинством ответила Мелани. — Послезавтра я ожидаю огромное количество гостей, и мне надо еще переделать уйму дел. Уверяю вас, быть баронессой — не значит вечно почивать на лаврах. — Царственно наклонив голову, Мелани поцеловала Кристину в щеку и выпорхнула из комнаты, шелестя юбками, покачивая перьями и размахивая лорнетом.

— Запомни на будущее, сестренка, — усмехнулась Элеонора, — что проще сразу ответить «да» на вопрос леди Ринейбл, заданный в письменной или устной форме.

Миссис Томпсон поднялась с места:

— Мы должны немедленно отправиться в твою комнату, Кристина, и посмотреть, какие из твоих платьев нуждаются в починке, отделке или чистке. Бог мой, герцог Бьюкасл, не говоря уже о виконте Моубери, его матери и виконте Элрике с женой!

Кристина первая поднялась по лестнице, словно хотела убедиться, не появилась ли в ее гардеробе каким-либо чудом дюжина красивых модных туалетов.

Вулфрик Бедвин, герцог Бьюкасл, сидел за широким столом дубового дерева в великолепно обставленной богатой библиотеке Бедвин-Хауса в Лондоне. Герцог был одет в вечерний костюм, отличавшийся отменной элегантностью, хотя сегодня за ужином он не ждал гостей и сейчас находился в комнате один. На обтянутой кожей столешнице, кроме промокательной бумаги, лежало несколько свежеочиненных перьев; посередине стояла чернильница с серебряной крышкой. Поскольку Бьюкасл неизменно занимался делами днем, вечером ему просто нечего было делать.

Он мог бы пойти куда-нибудь развлечься: время вполне позволяло и было из чего выбрать, несмотря на то, что сезон уже закончился и большинство его знакомых покинули столицу, чтобы провести лето в Брайтоне или в своих загородных имениях. Но герцог никогда не любил светские увеселения и посещал их лишь в случае крайней необходимости.