А кент его, боксер-мухач , рулевой-вниз-головой, сел со всеми за столик, и давай жрать е°, проклятую, почем зря со всеми на равных, стаканами. Ну и сообразно своего веса первым и дошел до кондиции.
Стало ему херово. И пошел он харч скинуть, а человек-то интилигентный, блин, во дворе ему никак не блюется, и поперся он через двор в сортир, поскользнулся там на мокрой доске и звезданулся в канаву, в ту самую. И там угрелся, и уснул.
Мужики-ядерщики тем временем нажрались и стали анекдоты травить, петь блатные песни там, в очко на щелбаны играть - ну сами знаете, колхозные все эти дела. Ну и задолбало это все загребного мыслителя в корягу. Набил он трубочку "РОНСОН" кайфовый из ихнего ящичного магазина табачком "Амфора", взял с собой еще табаку, "Литературную Газету" и важно так продефилировал в сортир мимо всех, вы мол, тут все пьяные свиньи, а я трезвый, как Дартаньян.
Присел он на досочку, включив свет, раскурил трубочку, развернул газету на последней странице, затяжечку сделал, расслабился. Ну и приступил к делу, зачем пришел.
А тот внизу лежит себе, спит, а сквозь сон свой пьяный, забыдуху дремучую, чувствует, как ему на голову что-то валится. А так как ему уже все чувства, кроме осязания, отказали, так он и запустил вверх руку и схватил в кулак первый ему попавшийся отвисающий предмет.
Мужики как раз вылезли на крылечко покурить. И видят такое дело - сначала из окошка в дверях сортира вылетает стекло. Затем там появляется голова бородатая, этого загребного. А потом дверка с петель на хер, и бежит по чистому полю мудила со спущенными штанами, с трубкой в зубах, с дверью на шее и, размахивая "Литературной Газетой", орет что-то страшное сквозь зубы.