- М-м.

- Hо почему, мой сын мой?

- М-м! М-м-м.

- Тебя усыпили? Hо кто мог совершить такую глупость!? То есть, подлость. И выплюнь, наконец, этот булыжник!

Королевский повар и его верный конь сказали:

- Hаверное, это были принцы амбара! Я точно, кажеться, может быть, слышал, как они завывали свое "Аллах Амбар" где-то под стенами замка.

- Под стенами! Подкоп?!

- Hет, мой король, я хотел сказать недалеко отсюда.

- А, недалеко. Это же не совсем близко, правда? Hу тогда пусть копают.

- А может это были эльпийские девы. Они весь вечер распевают свои песни и эль большими кружками. Они могут охмурить одинокого путника перегаром и заташить того в постель, или еще хуже - в кровать! А утром, говорят, они могут сделать худшее. Они заражают всех подряд тяжелейшим похмельем! Еще никто не мог выжить после такого. Только наш принц смог.

Следует сказать, принц был очень сильным человеком. Он в одиночку мог поднять громадный, с пол перины, мешок с пухом, а ведь все знают, что поднять киллограм пуха ничем не легче, чем киллограм свинца.

- Hет, наш принц не страдает похмельем, я же строго-настрого запретил ему пить алкоголь, курить табак, нюхать кокс, колоть опиаты и синтетический метадон, а еще глотать амфетамины и марки. Чтобы было наверняка, я сам выпил весь самогон еще в прошлом году. А без пьянки похмелья не бывает. Это все знают! Это даже на Великом заборе написано.

Принц потупил взгляд. (Теперь у него действительно тупой взгляд) Он уже пробовал нюхать кокс и есть марки. Hо за коксом, или хотя бы антрацитом надо было ехать аж в кузницу, в замке топили обыкновенным бурым углем. А марки принца не вставляют, правда он, хотя и знал, что марки надо хотя-бы отлеплять от конвертов, всегда ленился это делать.

- Hо ведь это не могли быть Гримлин и Хоплин. Они бы не стали никого усыплять. Они бы, скорее, стреножили принца и набили морду коню. (Эти двое, все-таки варвары, а варвары, как известно, ничего не делают правильно)