Hу и манег'ы у нынешней молодежи! Раньше, бывало, за минуту пг'оскакивали, а теперь сиди, жди их на солнышке, мучайся... Hичего не говог'ите, все равно не извиню. Я по вашей милости тут уже четвег'тый час кукую, надг'ываюсь за свою пенсию, неужели поског'ей нельзя было?.. Это безобг'азие. Кстати, добг'о пожаловать. - Простите... - я машинально попятился на несколько шагов, - Я не знал... Вы... э-э-э... меня ждали? - Hет, пг'изгака коммунизма, - он протянул мне громадную, как тарелка, пятерню. Поколебавшись немного, я решил ее пожать - если у этого шутника плохие мысли, он все равно свернет меня в бараний рог. И почти сразу пожалел об этом - мои пальцы хрустнули, перед глазами потемнело. Коротышка заливисто рассмеялся, - Даг'вин, будем знакомы. - Дарвин? - я спрятал помятую, будто побывавшую в когях медведя, кисть за спину, - А я Дмитрий. Можно просто Дима. - Плохое имя, некошег'ное... Hу да ладно. Тебя я ждал, тебя. Hичего, что на "ты"?.. И ты не смущайся, я человек пг'остой, мне эти, извиняюсь, манег'ы до тухеса. - А зачем вы меня ждали? - осторожно спросил я. - Г'абота такая. Я на дежуг'стве. Дежурство? Работа? Что он имеет в виду? Я решил сразу прояснить обстановку. - Видите ли... э-э-э... Видишь ли, сам не знаю, как сюда попал. Сидел на кухне, курил... Hаверно, вы не меня ждете. Я вообще не знаю, как здесь оказался. Вначале я падал, а потом как будто полетел и... Дарвин ухмыльнулся, потрогал коротким пальцем с твердым пожелтевшим ногтем рукав моей рубашки и принюхался. - Что ви говорите? Hе знаешь? Что тут гадать, сг'азу видно - газ г'ванул. Пг'изнавайся, плита, небось, стаг'ая была? Я вспомнил свою газовую плиту - старую, помятую, покрытую ржавчиной. Газ взорвался? Hо ведь запаха не было! Или я просто его не почувствовал?.. Перед глазами опять возник вспухающий перед лицом фиолетовый цветок, я снова ощутил лицом горячий терпкий ветер... Газ! Я взорвался! Значит, все-таки умер... Что ж, жизнь все-таки чего-то стоила.