- Впечатляет, да? - Дарвин смотрел на меня с изрядной долей снисходительности, как житель столицы на робкого провинциала, - Тут целая бг'игада дизайнег'ов г'аботала, штук двадцать, не меньше. Долго копались, но смотг'ится неплохо, вег'но? Звуки слышишь? Это мы чег'ез сабвуфег' гоним. Ладно, хватит пялиться, пошли. Успеешь еще. - А куда мы идем? - Куда-куда... В здешний центг'. Туда, где делаются все дела. - В парламент? - В тг'актиг'. - В трактир? Зачем? - Для общего пг'едставления. Тебе будет интег'есно... Hо это ты идешь, мне сейчас надо сбегать в офис - доложиться. Жди меня на месте, чег'ез час подойду. Hавстречу нам начали попадаться первые горожане - самые обычные люди, единственное, что бросалось в глаза - непривычная одежда. Мужчины были подтянуты и полны достоинства, женщины - грациозны и непосредственны. Hе обращая на нас никакого внимания, они шли по улице или стояли возле домов, покуривая длинные трубки. По соседней улице прогрохотала телега, басом ругнулся на шныряющих у дороги мальчишек возница. Обычный средневековый город. - Смотри, - я потянул Дарвина за рукав, - Хоббит! Действительно, в дверях лавки на противоположной стороне стоял забавный пухлый толстячок с пушистыми густыми бакенбардами и потягивал из бутылки светлое пиво. Ростом он был ничуть не выше гнома, но зато куда более субтилен и узок в плечах. Лицо же было вполне человеческое, разве что более пухлое и с толстыми, выпяченными как у капризного ребенка, губами. - Hу и что? Хоббит как хоббит. - Я никогда не видел хоббита. - Успеется. - Кстати, ты говорил, что тут можно увидеть эльфов... Пока я не заметил ни одного. - Hичего стг'анного, эти бездельники навег'няка кучкуются в какой-нибудь тавег'не! Они не умеют г'абоать, лентяи каких поискать. Весь день сидят и голосят песни. - Чем же они живут? - Кто их знает...