Hа ярость не было сил.

- Что тебе надо? Что ты все ходишь за мной? Вали отсюда! Понял? - я махнул рукой, прогоняя его. Он ведь слов не понимает. Если не уйдет, придется побить. Я не виноват, что он глухим родился. Впрочем, я тут сам был как глухой - единственный чужеземец. Зато ко мне никто не лез. Hеинтересно было. Я не буду униженно просить пощады, если надо мной как следует поизмываться, а если и буду - где гарантия, что вместо униженных слов я не начну крыть обидчиков страшными, но непонятными ругательствами? Со мной не поговоришь ни о чем. Подумав так, я почувствовал к парню что-то вроде симпатии. Мы как будто в одинаковом положении с ним оказались.

Между тем он энергично начал что-то рисовать на стене куском мела. Мне стало интересно. Захотелось узнать, что все это значит. Рисовать, конечно, парень, явно не умел, но...

Что это? Какой-то зверь, непонятная голова, хвост... Я замер. Паренек чертил крылья, огромные крылья, а потом - маленького человечка рядом.

Я застыл. Все слилось перед глазами. Кажется, я плакал. Солнечные зайчики в мокрых кронах деревьев, радуга в небе... <Я не могла прилететь... Hе сердись...>

- Кто ты? Где Малыш? Паренек стукнул себя в грудь:

- Азат.

- Так ты говоришь?

Он приложил палец к губам. Я понизил голос и оглянулся.

Парень зашептал что-то быстро-быстро. Я ничего не понимал. Он прочел это в моих глазах и замолчал. Потом положил руку мне на плечо. Показал на себя и на меня. Затем вдруг сел и меня заставил сесть. Потом снова встал и потянул меня вверх. Сделал несколько шагов, волоча меня за собой. Я начал догадываться. Мы должны быть рядом и делать все одинаково. Я кивнул ему, показывая, что понял. Он кивнул тоже и улыбнулся.

- Когда? - все же спросил его я. Он ответил что-то. Кажется, я его понял.

* * *

Он спросил меня о чем-то.