Леночка попыталась закричать, но губы и язык не слушались её, во рту пересохло, и звука не получилось. Светка даже не думала кричать. В тот момент она не думала вообще ни о чём, а крик её беззвучный так и не вырвался из её уст.

Сложно сказать точно, как долго пробыла картина сия на виду подруг, но часы - беспристрастный свидетель: через несколько минут она начала тускнеть и исчезла совсем в считанные секунды. Последнее, что запомнила Светка - это перекошенное лицо мальчика и посиневший язык, торчащий из оскаленного рта. После этого она просто упала в обморок.

Ещё минут десять Леночка не могла произнести ни слова от пережитого. Страх медленно, но верно отпускал и она начал приходить в себя. И тут она снова испугалась, но уже по более прозаичной причине - из-за Светкиного обморока.

Леночка стала трясти Светку и кричать, чтобы та очнулась.

Приход Светки в себя показался ей пробуждением на склоне Везувия перед его извержением, так сильно дёргала её Леночка.

- Хватит, хватит! - закричала Светка. - Душу из меня вытрясешь, если от неё ещё что-то осталось после этого. - Тут на неё снова накатил страх из-за пережитого, и она крупно задрожала. - А что это было? - шёпотом спросила она Леночку.

Леночка смогла только покачать головой в ответ.

Во всяком случае, до утра заснуть они смогли. Каждый раз когда любая из них закрывала глаза, память услужливо выдавала недавно виденную картинку, и ужас снова накатывал, заставляя девушек дрожать, как осиновый кол в теле вампира, и всякий сон улетал от них. Встать с дивана, даже выбраться из-под одеяла они тоже боялись.

Докрутившись до рассвета, они несговариваясь поднялись и вяло побрели на кухню. Светка поставила чайник и, пока он грелся, они вяло делились впечатлениями. Светку всё ещё трясло от воспоминаний.

- Думала - всё, отжила своё. - Леночку передёрнуло.

Чайник закипел и Светка налила чаю. Пили чай молча, говорить не хотелось.

- Может, лучше переберёмся ко мне? - предложила Леночка.