Дополняя слово делом, Жюв как опытный мастер пустил в действие механизм, спрятанный в деревянной обшивке, и показал восхищенному Фандору незаметный замок:
— Видишь, сюда вставляется ключ, остальное понятно… Но не будем мешать, этот свет становится опасным. Потушим его и спрячемся за занавесками.
Примерно в течение часа мужчины стояли, затаив дыхание, за занавесками, затем, устав, присели на корточках на пол. На всякий случай Жюв, колени которого касались подбородка, положил рядом свой револьвер так, чтобы им можно было воспользоваться в любой момент. Фандор, сидевший в такой же позе, тоже посчитал благоразумным вытащить свою «малютку Браунинг». И в тот момент, когда где-то вдалеке башенные часы пробили десять часов, до друзей вдруг долетел еле уловимый шум.
— Тебе хорошо видно?.. — глухо спросил Жюв.
— Да, — сказал Фандор.
Проводя время в ожидании, журналист и полицейский перочинным ножом проделали в занавесках маленькие дырочки, незаметные издалека, но достаточные для того, чтобы через них наблюдать за тем, что происходит в комнате.
Постепенно шум становился громче, по-видимому, кто-то расхаживал по соседним комнатам. Без сомнения, Лупар считал, что он один в оставленном без присмотра жилище доктора Шалека, и надеялся спокойно взломать сейф, о котором он, наверное, уже давно пронюхал. Шаги приближались, и Фандор, несмотря на все свое мужество и то, что он безоговорочно верил в Жюва, почувствовал, как сильно забилось его сердце, когда кто-то повернул ручку двери, которая соединяла рабочий кабинет с лестницей, ведущей вниз, на первый этаж, и вошел в комнату. Мгновение стояла абсолютная тишина, затем щелкнул выключатель, и кабинет озарился ярким светом.