Земля же там мягкая, ступи шаг и будет твой след год за годом оставаться вы земной тверди, каменеть, пока не засыплет его пожелтевшей, отмершей хвоей. А тут - ничего. Висит животина на дереве, морды нет, челюсти ухмыляются саркастически, глаза ловят синюю крону. И все, никаких больше следов. Замяли на этом. Понятное дело версий много было. И о волках говорили. Таких высмеивали, спрашивали, как это волк умудрился подвесить овцу на ель. Уж не волк ли вундеркинд? Оправдывясь, приводили в пример медведя. Они вроде на задних лапах ходят. Может и подвесил скотину по своей прихоти? Hо и это осмеивали, сходились на том, что дело это рук не звериных, ибо нет зверя такого умного, что подвешивает туши убитых овец к корявым лесным стволам. Хотя убиты они были прямо таки со звериной жестокостью. Да так известно, таковой жестокости и у людей хватает. Говорили о инопланетянах, подкрепляли свою правоту пожелтевшими вырезками из той-же самой желтоватой газеты, на которых изображен был павший скот со страшными ранами на боках и совершенно без крови. Если у них там такое есть, то почему бы не быть инопланетникам и в деревне? Предлагали версию йети. Мол, сам зверь-зверем, а умный, раздерет жертву в утреннем тумане, да и подвесит на дереве, чтобы зверье лесное не достало. Смешно. Hе местные, в основном теорезировали. Местные помалкивали, и только старики нет-нет, да и расскажут под вечер историю про лодочника. Hад ними смеются, но дух этих рассказов парит над деревней, аки вольный сокол, или даже скорее как черный ворон, смотрит, и зачастую проникает в избушки, с окнами запертыми ставнями, по случаю ночного времени.

Мама не хочу спать! - говорит ребенок, совсем еще маленький. Он кривится, упорно садиться на огромной для него кровати, упираясь спиной в бревенчатую стену - не буду сейчас спать. -Тшш! - Говорит мать - тихо. Ложись быстро! За окном темень, редкие электрические огоньки успешно давятся тьмой, в отдалении глухо шумит лес, прячет за собой круглую, изъеденную ржой, луну.