Тем временем, пока ведомые Замполитом «рыльские» осваивали политграмоту, в городе вовсю набирала обороты предвыборная карусель, и тысячи «бескорыстных» соискателей депутатских мандатов замельтешили, перед своими потенциальными избирателями.

На левом фланге этой не лишенной жизненной позиции армии кандидатов обосновались пенсионеры, еще помнившие танцы под патефон и дворовые волейбольные площадки времен своей молодости и гневно брызжущие слюной при виде скопища соседских автомобилей и загаженных родовитыми догами газонов.

Огромное количество нерастраченного свободного времени, позволявшее «левым» обивать пороги начальственных кабинетов и без пользы бомбардировать жалобами чиновников, являлось их главным оружием в предстоящей борьбе. Консолидированные на лавочках, они стремились к реваншу и прежней дворовой благоустроенности.

Правый фланг атаки на избирателей был оккупирован сторонниками новых экономических отношений в лице хозяев ненавистных для «левых» торговых ларьков и частных фирмочек, рассчитывавших посредством депутатства продвинуть свой бизнес и приумножить накопленные богатства. В отличие от пенсионеров, лишенных твердой финансовой опоры, за «правыми» стоял капитал.

Самыми разночинными по составу были представители «центра», обремененные наказами собственного электората, жаждущего, скажем, залатать протекающую крышу поликлиники или же вырвать из рук государства невыплаченную зарплату. Именно бюджетники и им сочувствующие являлись ядром этого самого многострадального кандидатского сообщества.

Неисповедимыми путями просочилась в предвыборные списки и небольшая кучка идеалистов, свято веривших, что местное самоуправление даже при полном отсутствии средств может преобразить облик отдельно взятого микрорайона. Стоит только очень этого захотеть. Последние лишь мешали своим более здравомыслящим противникам и вносили смятение в умы избирателей, уже имевших за плечами некоторый опыт парламентаризма.