Разглядывая семейные фотки очень удобно задавать наивные вопросы: «А это кто? Какой солидный… Вы давно его видели? Он каждый год в Москве бывает? И где же он работает?»

Сведений в результате получаешь море, с избытком. Надо только быстро отсеивать случайных пляжных знакомых десятилетней давности, тетушек двоюродного брата из Тамбова, иностранных партнеров по переговорам в Будапеште и другой «информационный шум». В остатке найдется десяток персон, вокруг которых можно соорудить несколько стройных версий.

Расположились за большим столом, наспех сдвинув в угол игральные карты.

Первый альбом был совместным – на одной странице соседствовали фотографии маленького Стасика Елизарова и его будущей жены, запечатленной в том нежном возрасте, когда на пляже можно находиться без купальника.

Далее пошли более поздние снимки: первый класс, пионерские сборы, родственники на выпускном вечере.

Олег задавал уточняющие вопросы, умилялся и восхищался, а Елизаров, все больше и больше увлекаясь, комментировал:

– Это я с родителями. Да, Ласточкино гнездо… А это уже Маша верхом на льве. На Графской пристани, в Севастополе. Один и тот же год, заметьте. В одно время с ней в Крыму были и не встретились… А это Маша в Паланге. Они обычно там отдыхали. Машенька и родилась в Литве и школу там окончила. В Каунасе… Вот она с дедом. Он там в руководстве местной милиции был… А это наша первая совместная фотография. Это уже в Москве. Я в центре. Справа от меня Маша, а слева Татьяна, жена Димы Балабанова… Теперь надо говорить вдова, да?

– Вероятно… А почему они в белых халатах?

– Медички. Здесь они еще вместе. Первый курс. А потом пошла специализация: Таня в детские врачи пошла, а моя в хирурги.

– А почему здесь Балабанова нет?

– Он позже появился. Я целый год один с двумя ходил. Мог выбирать, да все не решался.