Ребята разразились громким хохотом, а я весь красный от стыда кинулся спасаться за колодец…

Что за давка, что за толчея началась, когда учительница отпустила нас домой! Каждому не терпелось вырваться со школьного двора на дорогу. Моему Икану некогда протискиваться в узкую калитку, он решил перемахнуть через забор, да, зацепившись за кол своей длинной рубахой, кубарем полетел в траву, сверкнув голым задом. Все покатились со смеху, а Славко Дубина заорал:

- Эй, ты, а ну-ка сними своего дядюшку! - И он пригнул мою голову, как будто я и правда снимаю. - Готово! Отличный портрет для паспорта.

Мы несемся, топочем пятками по пыльной дороге, а когда за поворотом показался наш дом, Икан завопил:

- Мама, мама, где ты, иди скорее меня кормить, я с голоду умираю! Тут, откуда ни возьмись, навстречу сыночку выплывает его мама.

В одной руке у нее треногий табурет, в другой - миска с мамалыгой. Уселась на табурет, Илькан с разбегу скок ей на колени и только знает рот разевать, дожидаясь очередной ложки с кашей. Причмокивает от удовольствия и урчит:

- Ур-р-р! До чего же сегодня вкусная мамалыга!

Пока Икан смаковал свой обед, меня заключил в объятия мой дед Рада и растроганно приговаривал:

- А ну-ка расскажи быстрее, сладкий дедушкин умничек, чему тебя сегодня в школе научили?

Тут я вспомнил недавнюю шутку Славко Дубины, столь сильно поразившую мое воображение, и сам решил блеснуть остроумием. С этой целью я задал моему деду тот же коварный вопрос:

- А сколько тебе, дедушка, лет?

- Да уж будет полных шестьдесят.

- Ровно столько же, сколько моему ослу! - с торжествующим видом провозгласил я.

Дед от неожиданности разинул рот и опустился на поленницу.

- О горе мне! Если ты в первый день такому научился, что же с тобой будет, когда ты закончишь первый класс. Совсем нам житья не будет, хоть из дому беги.

Все еще не в состоянии прийти в себя от неожиданности, дед окликнул мою мать:

- Эй, Соя, поди сюда, послушай, чему твой сыночек в школе научился!

Поняв, что сболтнул что-то скверное, я шмыгнул за сарай и забился в солому. Там меня нагнал мой дядька Икан, довольный обедом, и прогудел:

- Ну вот, можно и соснуть. Эх и наелся же я!