Так он и делал. Встречные крутили пальцем у виска, а он в ответ подробно разъяснял свою путанную теорию. Hекоторые особо наивные пытались объяснить, что, поскольку СССР не пропал, а развалился, искать его бесполезно, и получали резонный ответ: "Я знаю, что он развалился, но мне весь и не нужен - только то, что я, потеряв, продолжаю любить".

И нечего было даже пробовать взывать к его разуму, говорить, что чувство защищенности и светлых перспектив, к которому его так тянет, на самом деле прерогатива не столько исчезнувшего ныне государства, сколько мировосприятия ребенка, заботливо оберегаемого близкими от острых углов окружающей реальности, ребенка, которым он был тогда, до развала Союза. И что в сладкой лжи, которой его тогда пичкали, проку меньше, чем в правде, пусть даже горькой. Бесполезно... Он и сам прекрасно все понимал, но ценил свое благородное помешательство выше, чем опостылевшее здравомыслие.

Потом он куда-то запропал, как случается запропасть многим людям - не так уж редко мы снимаемся с насиженных мест. И друзья ничего не знали о нем, и даже завели обыкновение говорить "Видно, нашел СССР", когда кто-нибудь вдруг исчезал на несколько дней. Пока однажды не получили письмо. Hебольшое, в обычном почтовом конверте, без обратного адреса (лишь торопливый зигзаг перечеркивал пустые типографские линии). А в письме...

Я нашел, говорилось в письме. Посрамитесь, неверующие. Он есть, и я есть, и мы вместе, и это так классно, что вам и не снилось. Хотите подробностей? Что ж, как стемнеет, приходите завтра на обрыв, и если не сомкнете глаз до утра - непременно узнаете.

В конце письма стояла четкая разборчивая подпись.

Поздно вечером они действительно взяли с собой термосы с кофе и пошли на тот самый обрыв - излюбленное место встречи еще со школьных времен. И, никого не встретив, просидели всю ночь, до утра. Знаете, есть такие обрывы, где вверху можно сидеть, а внизу - луг, река или песчаный карьер, так что утром получается самое настоящее море тумана. Вот в таком месте они встретили рассвет. И только когда встретили... Один заметил и показал остальным. Без всякой задней мысли, просто спросил: а что там на облаках мельтешит?