Самое потрясающее произошло потом. Качество биваков проверяла комиссия в составе старпера, педагогини и двух девушек вожатых не относящихся к нашей студенческой компании. Позже мы узнали, что девушки эти с целью получения блестящих характеристик стучали на нас при каждом удобном случае. Дойдя до моего корпуса, они обнаружили весьма красивое ограждение, идеально натянутую брезентовую палатку и архитектурно сложенный костёр. Жюри уважительно покивало головами и начало о чём-то перешёптываться, как вдруг из корпуса высыпали мои пионеры и бесстыднейшим образом заявили, что всё это они сделали сами!!! Оторопев от такой наглости, я взбунтовался!

- Hу уж дудки! - заорал я. - Вся эта красота выложена исключительно моими руками! Hи один пионер не прикасался своими грязными лапами, ни к костру, ни к палатке! Так что примите моё официальное заявление: я, Карпов Александр единолично претендую на получение сладкого приза!

Члены комиссии поморщились, словно у них разом заболели зубы, и удалились. Я обернулся к детям.

- Hикогда, - прорычал я сквозь зубы, - никогда я не мог представить себе столько отвратительных бессовестных лгунов, собранных в одном месте!

Реакция пионеров была ещё более поразительной. Дружно загалдев, они принялись обвинять меня... в жадности! Им показалось нечестным, что я собираюсь один завоевать приз! Других аспектов ситуации узреть им было не дано...

Впрочем, торт всё равно получил первый отряд!

Краузе погорел на другом мероприятии. То ли ему, то ли его напарнице пришла в голову идея о проведении конкурса на лучшее оформление палаты. Дело касалось только его отряда. Всего палат было четыре - две для девочек и две для мальчиков. В каждой из них жило человек пять-шесть. Обитатели одной из мальчишеских палат в полном составе проигнорировали конкурс и весь день курили под кустами в лесу. Остальные с неожиданным рвением приступили к делу.

Для оценки качества оформления Антон пригласил меня, Вову и Аркадия.