Иногда они срабатывали, когда в зону проникало животное, и тогда для поимки нарушителя высылалась команда службы безопасности. Но сейчас все было в порядке.

– Альфа, что показывает ваша аппаратура системы безопасности? У меня не горят индикаторы ни внешней, ни внутренней зоны.

– Оскар-19, у меня тоже ничего.

– Вы предупредили основную и резервную группы тревоги?

– Основная предупреждена, подняли резервную, сэр. И все-таки я хотел бы сообщить командованию…

– Ох, да не торопитесь вы, Альфа. Обычный фургон, держите его под наблюдением и отправьте к нему основную группу. Доложите через пять минут.

– Слушаюсь, сэр, – ответил сержант службы безопасности.

– Удивительно, что они еще не открыли огонь, – заметил Хапгуд.

Люди из службы охраны объектов ВВС, охранявшие подходы к пусковой шахте, не слишком-то любили офицеров-ракетчиков. Ракетчики считали их просто полицейскими, не имевшими непосредственного отношения к объекту, за что охрана докладывала командованию объекта о случаях, когда ракетчики приходили на службу в нечищенной обуви и грязной форме.

– Боже! – воскликнул Хапгуд, ревностный блюститель правил безопасности. – Эти парни корчат из себя военных. Тогда что же такое эти ВВС?

И Хапгуд вернулся к домашнему заданию – он хотел получить степень магистра экономики управления. По программе рассматривался пример затруднений, возникших у некоего изготовителя велосипедов из Дейтона, штат Огайо. Что должен делать главный администратор фабрики мистер Смит, если активы составляют 5 миллионов долларов, производственные расходы 4,5 миллиона долларов, а в ближайшие пять лет ожидается снижение объема реализации продукции на 1,9 процента. Пусть купит себе мотоцикл, подумал Хапгуд.

– Пора бы им уже позвонить, – заметил Романо спустя десять минут.

Отец возился с запасным колесом. Он лежал возле фургона на заснеженной дороге прямо за воротами объекта. Из фургона доносились нетерпеливые голоса детей.