— Так, — сосредоточенно произнес Рогов, склоняясь над этим хламом, — сейчас мы его быстро наладим. Только бы розетку найти, — и деловито начал двигать ящики.
Но Игорь явно не разделял трудового энтузиазма товарища, с сомнением наблюдая, как тот начинает подсоединять к шкафу какие-то провода.
— А током не ударит?
— Не боись, с мастером дело имеешь, — не задумываясь, парировал Вася и тут же, спохватившись, отбросил от себя, словно змею, очередной черный шнур. — А? Что? Как ты сказал?
— Да нет, это я так, просто интересуюсь технологией приготовления закуски, — ехидно заметил Плахов. — Кто-то, помнится, обещал ужин в приличной компании. А ты, часом, не живешь по принципу: «Чтобы иметь, рагу из зайца, нужно иметь как минимум кошку»? Так уверяю тебя — кроме крыс, ты здесь вряд ли что-нибудь обнаружишь.
Слегка обидевшийся Рогов заявил, что «некоторым товарищам» полдела не показывают, а обещанное торжество уже не за горами. При этом он решительно подтянул провод к подвальной лампочке, выдернул ее вместе с патроном и, попросив друга подсветить немного с помощью зажигалки, начал осторожно соединять оголенные концы проводов.
— Ну вот и готово, — радостно констатировал оперативник, закончив свою работу. — Сейчас мы так напразднуемся — закачаешься. — Он распахнул дверцу шкафа, в котором на голубоватых стенах таинственно мигали какие-то лампочки. — Заходи. — Вася откашлялся и изрек голосом вагоновожатого: — Двери закрываются. Следующая станция — «Река Темза»!
— «Уехала навсегда. Твоя крыша», — проворчал Игорь, переминаясь с ноги на ногу. — Ты, может, лучше помаршируешь немного, успокоишься, как Мухомор велел? А я пока, пожалуй, пойду подышу свежим воздухом.
Но покинуть подвал Плахову не удалось, потому что в этот момент со стороны входа раздался твердый голос подполковника Петренко, требовавший, чтобы перед его глазами немедленно предстали нарушители служебной дисциплины и всяческих безобразий, легкомысленно скрывающиеся в недрах райотдела, в то время когда все порядочные сотрудники готовятся к выполнению циркуляра номер два ноля сто пятьдесят.