Женщина, застыв на миг, словно пианист за фортепиано, спросила:

— Ну как?

— Да, я тоже нахожу комнату восхитительной, — ответил я.

— Как только вы зарегистрируетесь у нас в офисе, я скажу Генри, и он нальет вам в графин воды со льдом. Мы попытаемся создать вам все возможные удобства... Оплата, как и везде, — вперед.

Я последовал за ней. Трудно, видимо, жить в местных условиях! В журнал для регистрации постояльцев я занес свое полное имя, Луис А. Арчер, и точный адрес.

— Я вижу, вы из Лос-Анджелеса, — заметила женщина, забирая у меня деньги за "оплату вперед".

— Временно... По правде говоря, я хотел бы поселиться здесь.

— Неужели? — воскликнула хозяйка. — Ты слышал, Генри? Этот джентльмен хотел бы поселиться в Куинто!

Сидевший в дальнем конце комнаты за конторкой мужчина усталого вида полуобернулся к нам и пробурчал что-то невнятное.

— О, вы полюбите это место, — сказала хозяйка. — Море! Горы! Чистый свежий воздух! А какие ночи... Мы с Генри очень-очень рады, что решили купить этот офис. Куинто в летние ночи — это... это... полно народу, ни одной свободной комнаты, все забито, особенно по ночам. Мы с Генри неплохо на этом зарабатываем, правда, Генри?

Опять раздалось невнятное бурчание из угла.

— А для тех, у кого нет офиса, какие тут возможности заработать?

— Ну, есть тут магазины, есть настоящее одно поместье, есть разные возможности для бизнеса... все, что пожелаете, только — никакой промышленности! Муниципалитет не даст разрешения. Чего далеко ходить, знаете, что случилось с Нопэл-Велли, когда там пробурлили нефтяные скважины?..

— А что случилось с Нопэл-Велли?

— Он разрушен, полностью разрушен. И целаяорда оборванцев-мексиканцев, грязных рабочих-нефтяников заявилась неизвестно откуда и буквально сожрала город. Мы не можем допустить у себя ничего подобного.