* * *
Свет фонарей мерно и монотонно проливался на машину, освещая сидевшую за рулем женщину. Она тихо сидела, все так же прижимая руки к груди, словно ища защиты, и глаза Ее были полны боли - бесконечно глубокого чувства, в этот момент наполнявшего Ее сердце. Ей хотелось просто развернуть машину и уехать, но Она не могла. Что-то, какая-то внутренняя сила заставила ЕЕ открыть дверцу и выйти на улицу. Звук захлопнувшейся дверцы прозвучал как щелчок взведенного курка. "Однажды, оказавшись перед дверью, обернись назад - посмотри, что ты оставляешь за собой. Подумай, стоит ли поворачивать ручку, если с другой стороны ее не будет, как не будет и возврата к прошедшей жизни." - она вспоминала, кто мог ей сказать эти слова, но не смогла вспомнить - это было сказано давно, еще в пору Ее беззаботного детства. Hе спеша, Она повернулась лицом к дому и на секунду замерла. Hа какое-то маленькое мгновение страх исчез из ее глаз, уступив место нежности. Прижав руки к груди, Она двинулась в сторону дома...
* * *
Он слышал как она подъехала, но не мог сдвинуться с места, подойти к окну и посмотреть. В душу начала закрадываться тоска и... Hаверное, это был тот самый страх, о котором Она не раз рассказывала. "Как это было давно, боже ты мой!" - подумал Он. Поднявшись с кресла, он подошел к стене, встал лицом к двери и снова стал ждал. Вся Его жизнь была словно бесконечное ожидание - Ему не удалось стать человеком, творившим свою жизнь - Он творил свою смерть. Мягкий свет торшера освещал комнату и стоявшего у стены мужчину со стаканом джина в руке. Взгляд Его был прикован к двери. "Открой мне сны, мой Бог, мои желания просты в вечернем сумраке, на плахе дней вся жизнь моя - и я готов оставить душу в ве чном покаянии тебе, открой мои глаза, ведь я был слеп и не прозрел до сей поры." - Он услышал, как Она остановилась возле двери и достала ключ...