- Хотелось сделать подешевле... - бормотала Кристина, - мне Эльжбета про вас говорила.., и опять получилось не очень...

Взяв миску обеими руками, пани Богуся первым делом поднесла ее к носу, затем, словно не веря своему органу обоняния, двумя пальчиками ухватила щепотку подозрительного продукта и попробовала, после чего уставилась на Кристину. И столько в ее взгляде было изумления, недоверия, презрения и уничижительной жалости, что Кристина почувствовала себя какой-то жалкой букашкой, недостойной именоваться человеком. Ох, кажется, она все-таки перестаралась.

- У Крыси, никак, насморк? - ядовито поинтересовалась хозяйка.

- Да.., вроде бы.., того.., немножко.

- А нос вообще у Крыси имеется? Ведь и ежу ясно: масло прогорклое, каша пригорела, а лучок небось еще с прошлого года завалялся?

И такое презрение прозвучало в голосе Богуси, что Кристина стала заикаться уже безо всякого притворства.

- Н-не.., знаю. В холодильнике нашла.., на самом дне... А что?

- Да ничего. Не люблю я людей осуждать, да Крыся, как погляжу, вовсе не соображает. Ну какой лук столько выдержит? А маслом таким лишь телеги смазывать, воняет ведь за версту, просто дух вон, неужели Крыся не чует? И как же эту дрянь Крыся готовила? Небось на огне? Так я и знала.

- Что же мне делать?

- Перво-наперво нормальное масло купить, потом кашу сварить, как положено, потом из свежего сала шкварочки натопить, лучок поджарить и уж после со всем этим ко мне прийти. А вот это.., сомневаюсь, что такое и свиньи станут жрать!

- Вот именно! Мне тоже показалось - не очень хорошо получилось.

- "Нехорошо"! - фыркнула Богуся, досказав остальное взглядом. Похоже, слов у нее не хватило.