Для мальчишек тренировка была нетрудной - они умели плавать и не боялись воды.

Опустившись на дно, Пантелей открыл глаза, увидел неясные очертания камней. Толща воды была пронизана обломками солнечных лучей. Они дрожали, перекрещивались, как остроги вонзались в голубых медуз. Пантелей почувствовал, как его поднимает. Спине стало тепло - она показалась из воды. Можно было выпрямиться и стать на ноги.

Бастика Дзяка вода выбросила, как мячик, - так он легок. Бастик ударил ладонями по воде и заорал:

- Я - подводная лодка! Я - атомная подводная лодка!

Некоторые из девчонок отказались нырять. А те, кто согласился, жеманились, визжали, затыкали уши и носы растопыренными пальцами, просили Валерия Васильевича внимательно смотреть за ними и спасать, если они начнут тонуть.

Только Капа Довгаль держалась здорово: нырнула без ужимок, а вынырнув, тряхнула головой и молча вышла на берег, не обратив внимания на похвалу Валерия Васильевича.

Если бы Пантелею для выполнения тайного и важного замысла понадобился помощник, более подходящего, чем Капа, не сыскать. К сожалению, помощник не нужен - Пантелей все должен сделать сам! Только сам!

2

Доктор сказал, что второго моря не будет.

Это значило: нынче после полдника все останутся в лагере. И даже начальник лагеря не в силах теперь что-либо изменить; доктор сказал!

Совсем молодой, с большими айболитовскими очками на тонком лице, доктор никогда не снимает белого халата. В столовой, в Спальнях, на пляже, в кино он появляется в белом халате с градусником и старинной деревянной трубкой для прослушивания больных - она торчит из нагрудного кармана, как маленький коричневый горн. Говорили, что трубка досталась доктору по наследству от прадеда, деревенского лекаря.