Что сказать, инструктора у парня были неплохие, это Вережников почувствовал сразу. Взлет нельзя было назвать безупречным, но он был достаточно уверенным, как и последующее выстраивание за ведущим.

Два «МиГа», серебристо поблескивая, набирали высоту. Погода была облачной и посадка обещала сложности, но Вережникова это не особо беспокоило, зря, что ли, летчики округа осваивали ОСП-48

— Триста второй, триста второй, — сказал Вережников, по привычке прижимая ларингофон к гортани. — Как самочувствие?

— Триста первый, я — триста второй, — хрипло про звучало в наушниках. — Слышу вас хорошо. Самочувствие нормальное.

— Режем пленку

Набрав высоту, Вережников огляделся, и невольная улыбка шевельнула его губы.

Лейтенант не посрамил честь своих инструкторов, держался рядом, но не настолько, чтобы опасаться столкновения. Толковый был парнишка, с таким можно было бы на «мессеров» поохотиться!

— Триста второй, — снова сказал Вережников. — Начинаем работать!

Задание было несложным, предстояло отстреляться по конусу, который тащил на шести тысячах «Ил-28». Основная сложность заключалась в том, чтобы своевременно обнаружить буксировщик. Приходилось поработать шеей.

Отличился Серов.

— Триста первый, триста первый, — зачастил лейтенант. — Вижу цель. Разворот — четыреста, идет на грани облачности.

В первый момент Вережников даже удивился, конус-мишень показался ему необычным, но когда истребители приблизились к нему, стало видно, что это не конус-мишень, а что-то совершенно необычное. Буксировщика рядом с целью видно не было, да и сама мишень была слишком большой, не было таких мишеней в округе, не было и не могло быть.