Сводки печатались на китайской рисовой бумаге так, как любил Сталин — крупным шрифтом, необходимым старческим глазам вождя, и с большими полями, на которых было так удобно ставить визы и замечания специальным красным карандашом, постоянно находящимся под рукой. Визы товарищ Сталин накладывал лаконичные, но ясные и не допускающие какого-либо неправильного толкования. Ведь если пишешь товарищу Абакумову «Разобраться и доложить в три дня, виновных строго наказать», то и товарищ Абакумов должен понимать, что разобраться и доложить необходимо именно через три дня, а виновные к тому времени должны быть достойно наказаны. И не надо быть торопыгой, не надо приходить раньше, иначе товарищ Сталин подумает, что ты в вопросе разобрался поверхностно, невнимательность и бездушие проявил в работе по управлению государством. Стало быть, ты или не тот винтик, что необходим, либо вкручен не туда, куда надо. Винтик заменить нетрудно, гораздо труднее найти ему необходимое место, чтобы польза была работающему механизму.

Сталин читал сводки.

В стране кипело строительство. Война кончилась, пришло время зализывать раны, которые она нанесла могучему телу советского государства. Надо было торопиться подняться и укрепиться, потому что, если ты не будешь твердо стоять на ногах, тебя обязательно собьют и затопчут.

Поэтому вождь особенно внимательно следил за происходящим в Сибири. Россия будет произрастать Сибирью. Вождь помнил это гениальное предвидение Михаилы Ломоносова и делал все, чтобы страна этой Сибирью произрастала. Помнится, в свое время в Туруханском крае его охватывала дрожь, когда он видел могучую реку, спокойно несущую свои воды в Ледовитый океан, и бескрайние таежные просторы, которые тянулись на сотни и тысячи верст. Это была страна будущего. И именно ему, Иосифу Джугашвили, предстояло сделать ее такой страной.