Идти надо было часа три. Мы: я, Вакулев и старпом, сели в кают-компании и стали отмечать первую победу. На флоте чем отмечают? Шилом, спиртом по-нашему. Ну и доигрались. Дальнейший рассказ требует некоторых пояснений.

Есть такое понятие: военно-морской шик. Некий неписаный кодекс законов. Согласно этому кодексу военный корабль должен не просто причаливать к пирсу, а причаливать красиво, то есть подходить к базе на полной скорости, затем глушить двигатели и, уже по инерции, причаливать. Вся фишка заключалась в том, когда заглушить двигатели. Рано команду «Стоп, машины» подашь, до пирса можешь не дойти. Поздно, в берег уйдешь. Поэтому во время швартовки на баке стоит опытный мичман и показывает командиру, когда глушить двигатель. На нашем катере эту функцию выполнял старпом.

К сожалению, в момент прихода на базу, старпом был в состоянии «ниже ватерлинии» и выполнять свои обязанности никак не мог. Поэтому Леха назначил крайним меня. Лучше бы мы шли пешком! И отвлекся-то я всего на одно мгновение. Девчонки красивые на пляже городском возле базы загорали. Поворачиваю затем голову в нужном направлении, смотрю — море кончилось. Катер на полном ходу врезался в пирс и, получив пробоины не совместимые с теорией борьбы за живучесть корабля, ушел в течение десяти минут на дно Каспийского моря. Слава Богу, все живы остались. Даже вахабитов пленных спасли. Мне после этого случая ребята прозвали адмиралом Нельсоном. Я когда с катера вверх тормашками летел, глаз подбил. Полгода потом не видел.

Нас с Лехой хотели сразу отдать под трибунал. Ведь даже в годы Великой Отечественной войны Каспийская флотилия не потеряла ни одного корабля! Но потом скандал замяли. Дали рапорт наверх, что катер погиб в неравной схватке с превосходящими военно-морскими силами республики Ичкерия. Леху Вакулева списали на берег и назначили начальником гарнизонной гауптвахты. А меня заставили уйти из армии. Вот такие дела, мужики.