— Не построено еще в России такого забора, — говорит он, — в котором нет хотя бы одной дыры. Ты Серега иди, как положено, а мы сами доберемся.

И точно. Пока я в пропускном бюро валандался, ребята в институт проскочили и уже кофе пили со Светланой Ивановной. Та, увидев меня, обрадовалась.

— Я, — говорит, — уже и не чаяла вас, Сережа, увидеть. Друзья ваши очень хорошие, столько смешных историй мне рассказали. 

«Когда только успели», — думаю.

— Светлана Ивановна, мы к вам на работу пришли устраиваться. Испытателями. Где Георгий Викторович сейчас находится?

— У директора на совещании, скоро придет. Вы знаете, Сережа, он после того случая, — Светлана Ивановна понизила голос, — совсем изменился. Тихий стал, задумчивый.

Вскоре появился Петушков. Увидев меня, обрадовался.

— Я знал, что ты вернешься. Будем продолжать испытания?

— Возможно. Только я не один, а с друзьями. Тоже офицеры ГРУ в отставке. Рвутся в бой. — Без проблем. Устрою всех лаборантами на свою кафедру. С окладом полторы тысячи рублей в месяц на каждого. — И, пресекая мои возражения. — С возможностью подработки во время испытаний!

Пришлось согласиться.

Прошло несколько месяцев. Эксперимент следовал за экспериментом. Ребята быстро привыкли к новой работе, даже, можно сказать, втянулись. О нашей работе руководство института доложило «наверх». Там осознали, какие огромные перспективы, в первую очередь, в области разведки, открываются перед оборонным комплексом страны и открыли лаборатории неограниченное финансирование. Мы стали получать уже по сто долларов плюс премиальные. К тому же, нас вновь зачислили в ряды действующей армии. Жизнь потихоньку налаживалась. Как вдруг, с визитом в институт пожаловал министр обороны страны.

Приехал он без всякой помпы, на простом «Мерседесе», почти без охраны. Собрал нас на совещание в кабинете директора.

— Товарищи офицеры. Руководство страны чрезвычайно довольно работой вашей лаборатории. Принято решение от экспериментов перейти к конкретному делу. Готовы?